Вхождение в психоаналитический дискурс

Вхождение в психоаналитический дискурс

Два параллельных пути вхождения в психоанализ

Говоря на эту тему, мы могли бы поставить крайне важный вопрос: Что нужно для того, чтобы стать психоаналитиком? Как войти в психоаналитический дискурс?

Вхождение через текст.

Как уже упоминалось в предыдущих, психоанализ – это, в первую очередь, тексты Фрейда. Исходя из этого положения, мы можем задаться следующими вопросами: каковы особенности психоаналитических текстов? Как читать Фрейда?

Эти вопросы являются не просто важными, а предельно принципиальными (и в этом нет ни толики преувеличения). Уместно сказать о том, что по психоанализу никогда не было, и никогда не будет учебника. Но почему? Всё дело в том, что любой учебник всегда таит в себе две особенности, несовместимые с психоанализом: во-первых, учебник призван передать готовое знание, и, во-вторых, — он структурирован как обобщение. В этих двух точках психоанализ радикально расходится с академической наукой: в нём нет никаких готовых ответов, нет определений, нет обобщений, нет классификаций и типологий, — нет ничего из того, что мы можем встретить в академической литературе.

С чтением Фрейда всё оказывается далеко не так просто, как может показаться на первый взгляд. Во-первых, одна из особенностей текстов Фрейда заключается в том, что написаны они довольно простыми словами (в этом, между прочим, состоит ещё одна особенность психоанализа – в нём нет каких-либо наукообразных понятий, и уж тем более определений), но зачастую нам бывает крайне сложно понять мысли, стоящие за этими, казалось бы, простыми словами. Простые слова скрывают за собой сложные для понимания мысли.

Во-вторых, чтение Фрейда, как и весь психоанализ, не может быть выстроено в линейной хронологии. Что это означает?

Движение мысли Фрейда в его текстах – это движение по спирали. Мы никогда не можем сказать о том, из какой точки нам следует начинать изучать Фрейда. Началом может стать любой текст, который всегда развернёт перед нами бесчисленное множество маршрутов для дальнейшего путешествия.

Как мы уже не раз упоминали, психоанализ – это не застывшая форма знания, а движение мысли. Таким образом, тексты Фрейда – это движение его мысли, со всеми спотыканиями, нестыковками, внезапными озарениями, переменами, а также открытиями, которые меняются на протяжении всего изобретения психоанализа, и которые, появляясь, — меняют психоанализ ретроспективно, задним числом. Не спроста Фрейд часто указывал на то, что зачастую был понят читателями неправильно. Его пытались прочитать как учебник, а он изобрёл нечто такое, что никогда не сможет существовать в такой форме. Недаром, также, Фрейд подчёркивал и то, что он намеренно ничего не менял в своих текстах, — даже когда его теория субъекта претерпевала радикальные трансформации и изменения. В этом заключается, между прочим, ещё одна особенность психоанализа: каждое новое понятие, концепт, идея и тому подобное – не отменяет прежде существовавших наработок. Не отменяет, а дополняет, образуя новое измерение психоаналитической мысли. К примеру, когда Фрейд изобретает в 1923 году первую топическую модель (Я/Оно/Сверх-Я), она не отменяет существования первой топики (Сз/Псз/Бсз), а дополняет её, — тем самым делая конструкцию, или модель психики, более многомерной. Похожая история у Фрейда происходит и с трансформацией теории влечений – из первой теории (Сексуальные влечения/Влечения Я) во вторую (Влечение жизни/Влечение смерти): одна дополняет другую, но не отменяет. В этом смысле, Фрейд намеренно ничего и никогда не переписывает. Вместо этого, мы можем увидеть в его текстах значительное количество примечаний и комментариев, вектор которых всякий раз устремляется из будущего – в прошлое. Эта особая темпоральность (свойство логики времени) чрезвычайно характерна для всего психоанализа. Раз у нас нет линейного времени, значит время движется по маршруту другой логики, которая выстраивается не в привычных нам линейных координатах в духе прошлое/настоящее/будущее. Всякий раз, читая Фрейда, мы обнаруживаем как, зачастую, какое-то одно положение, к примеру, может причудливым образом вплетаться в другое, образуя крайне сложные пространственно-временные тропы психоанализа.

В-третьих, ещё одна особенность чтения фрейдовских текстов – это необыкновенный способ их чтения. В чём тут дело? Неспроста Лакан говорит нам о том, что мы должны поверить Фрейду ещё до того, как начали его читать. В этом смысле, психоанализ предполагает нулевую точку вхождения – слепой акт веры, как подчёркивает В.А.Мазин.

Дело также заключается в том, что сам Фрейд даёт нам (его читателям) ориентир для маршрута чтения психоаналитических текстов. К примеру, уже в 1899 году, в книге «Толкование сновидений», перед началом повествования о знаменитом сновидении «об инъекции Ирме» (которое приснилось Фрейду с 23 на 24 июля 1895 года, в местечке под названием «Belle Vue»), Фрейд сообщает нам предельно важную мысль. Мысль эта заключается в том, что для того, чтобы понять написанное, нам (читателям) необходимо, на время чтения, превратить интересы Фрейда в свои собственные, и представить будто бы он – это мы сами. Ибо, — говорит нам Фрейд, — без такого переноса мы не сможем вообще ничего понять из написанного. Итак, можно смело обозначить, что чтение психоаналитических текстов всегда предполагает совершение каждым из нас переноса на текст. В этом смысле, пожалуй, уместно повториться о том, что психоанализ – это про каждого из нас, и всякое вхождение в психоаналитический дискурс всегда будет уникальным и неповторимым для всякого субъекта.

Из этого же положения проистекает и ещё одна важная идея. Мы уже говорили о том, что психоанализ – это дисциплина, которая не передаётся академическим путём. Вопрос: как же тогда она передаётся? Ответ на этот вопрос нам только что дал Фрейд: путь передачи психоаналитического знания – это перенос. Перенос в данном случае следует понимать многомерно, — и как перенос-на-текст, и перенос – как клиническое явление любви. О переносе следует говорить отдельно, и о нём ещё обязательно будет идти речь в данном курсе.

Вхождение через опыт кушетки.

Прохождение личного анализа является одним из условий становления психоаналитика. Каждый психоаналитик, как отмечает В.А.Мазин, буквально должен пройти собственный анализ. Для чего проходить личный анализ?

Во-первых, для того, чтобы убедиться не понаслышке в том, что психоанализ по-настоящему работает. Во-вторых – убедиться в существовании собственного бессознательного (буквально, столкнувшись с ним, встретившись). В-третьих, познать себя, прописав свою историю, и узнав об истине собственного желания. В-четвёртых, — психоанализ – это ещё и возможность научиться красиво говорить и точно выражать то, что происходит в душевной жизни. И, наконец, в-пятых, — у каждого человека может быть обнаружен свой собственный смысл по окончанию анализа, о котором до этой процедуры не было известно ни ему, ни его аналитику. Недаром, главная цель психоанализа заключается в экзистенциальной трансформации субъекта, через уникальный опыт встречи его с самим собой как с другим, и через Другого.

Продолжая говорить о необходимости прохождения личного анализа, стоит также отметить, что в том случае, если аналитик не проходил свой анализ, высок риск того, что в кабинете он неизбежно столкнётся с тем, что в какой-то момент начнёт переносить свои собственные нерешённые и непроработанные проблемы на душевную жизнь другого человека. Как говорит нам Фрейд, в этом случае риски, конечно, не настолько велики, как, к примеру, в случае с хирургом. Если плохо обученный хирург возьмётся за сложную операцию, — он рискует жизнью своего пациента. В случае с аналитиком, не прошедшим своего анализа, риск ограничивается тем, что в какой-то момент анализант просто уйдёт от него. Тем не менее, тот, кто не прошёл собственного анализа, не может именоваться психоаналитиком. 

(Само)анализ Фрейда

Один из главных путей изобретения психоанализа – это, разумеется, самоанализ Фрейда, который приобретает особую интенсивность после смерти его отца в 1896 году, и будет продолжаться, по словам Фрейда, всю его жизнь. Между прочим, «Толкование сновидений», — книга, написанная в 1899 году, во многих местах напоминает исповедь, — и воистину является продолжением движения самоанализа Фрейда.

Известно, что Фрейд говорил о том, что самоанализ невозможен, но необходим. В этом свете, многие задаются вопросом: если Фрейд был первым психоаналитиком, то у кого же он проходил анализ? Раз самоанализ невозможен, то для анализа необходима фигура Другого, место аналитика. Кто был Другим Фрейда, занимая это место?

Здесь уместно указать на крайне важный этап в жизни Фрейда – его отношения с Вильгельмом Флиссом, которые продолжались с августа 1890 года по сентябрь 1900 года. Через их переписку, мы видим, что имено Флисс выступает как фигура Другого для Фрейда, — молчащего аналитика, к которому адресована речь Фрейда-анализанта. Огромное множество мыслей Фрейда, касающихся не только самоанализа, но и важнейших метапсихологических положений (см., к примеру, знаменитое 52 письмо Фрейда Флиссу), которые впоследствии составят корпус психоаналитической теории, рождаются именно в письмах Фрейда Вильгельму Флиссу. В этом свете, видится весьма уместным выражение Младена Долара: «если отцом психоанализа был Фрейд, то матерью его был Вильгельм Флисс». Роды психоанализа происходят в диалоге Фрейда с Флиссом, который возвращает Фрейду его же собственное сообщение.

Для более подробного ознакомления с темой отношений Фрейда и Флисса, рекомендуется к прочтению глава 13 в книге Эрнеста Джонса «Жизнь и творения Зигмунда Фрейда».

Желание в психоанализе.

Ещё одним (пожалуй, даже первостепенным) условием вхождения в психоаналитический дискурс является наличие у субъекта желания. Говоря по-простому, если у человека нет желания, то психоанализ оказывается невозможным, будь то речь о прохождении собственного анализа, или же о начале чтения текстов Фрейда. Пожалуй, это является единственным строгим условием. Действительно, разве можно всерьёз заниматься дисциплиной, объектом которой является желающий субъект, при этом не имея никакого желания? В этом смысле, в психоанализе невозможно представить такую ситуацию, что в анализ вдруг приходят вопреки собственной воле.

Помимо желания субъекта, Лакан впоследствии заговорит о ещё одной крайне важной теме в психоанализе – это желание аналитика. Лакан понимает, что, даже при том, что аналитик занимает позицию, в которой, по выражению Фрейда, проявляет доброжелательную нейтральность, — он, так или иначе, является человеческим субъектом, и, следовательно, у него тоже есть желание. Лакан подчеркивает, что это желание аналитика никак не должно быть желанием кому-либо помочь, осчастливить, избавить от страданий и тому подобными, в сущности, актами насилия под маской гуманизма. Единственным желанием аналитика должно быть желание продолжения анализа. Психоаналитик – тот, кто желает, чтобы анализ продолжался. Для этого ему необходимо всегда занимать позицию, отсутствующего, мёртвого. Будучи отсутствующим, он позволяет пробудить в кабинете измерение призрачности. Призраки прошлого начинают возвращаться, когда аналитик присутствует в отсутствии. Такова логика аналитической клиники.

Опубликовано:13.02.2017Валерий Базаров

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *